Перрон Зареченска встретил Наталью запахом, который невозможно забыть или спутать ни с чем другим: смесь креозота, раскаленного железа и сладковатого аромата цветущих лип. Этот запах был машиной времени. На мгновение ей показалось, что сейчас из-за угла выбежит она сама — восемнадцатилетняя, с тугой косой и горящими глазами, сжимающая в руках аттестат с отличием. Но реальность быстро вернула её на землю. Тяжелая сумка оттянула плечо, а колено, травмированное во время зимних обходов в тундре, отозвалось тупой болью...

Людмила Райкова. Глава 8. - Куда твой постоялец подевался? Второй день с племянницей в засаде сидим. С утра в парадной, вечером вышли во двор, а окна тёмные. – Без предисловий начала разговор питерская соседка Катерина. С праздником питерские соседи давно не поздравляют. А когда засбоил ватсап так и вовсе связь почти прервалась. Поэтому ещё в ноябре Маню удивила соседка с третьего этажа. Та самая, которая залила кухню так, что по потолку разошлись рыжие пятна. Штукатурка выдержала, а с пятнами Маня боролась уже после того как вернулась домой из Европы...