Всю жизнь в пустой квартире. Теперь им есть где покушать.
— Я думала, что никому не нужна, — прошептала она, когда я вошла в её пустую квартиру. — Ты ошибалась, — сказала я — Тебя помнят сотни людей
Она отдала школе 45 лет жизни. А когда слегла, никто не пришёл. Ни дети, ни внуки — Как тебе не стыдно?! Твоя мать умирает! — крикнула я в трубку. А в ответ услышала: "Я не знала... она не звонила..." Старая учительница лежала на кровати и смотрела в потолок. Белый, чистый, с маленькой трещиной в углу. Лидия Михайловна знала эту трещину уже двадцать лет. Когда она переехала в эту квартиру, трещины не было. Потом она появилась — тонкая, едва заметная. А сейчас она стала шире, как будто и стены устали держать эту жизнь...
Когда я вошла в квартиру родителей 31 декабря, на лбу моей семилетней дочери чёрным маркером было написано «Лгунья».
Когда я вошла в квартиру родителей 31 декабря, на лбу моей семилетней дочери чёрным маркером было написано «Лгунья». На шее у неё болтался картонный ярлык «Позор семьи», а за столом родные спокойно доедали оливье, мандарины и горячие пирожки, будто это обычный способ воспитывать ребёнка...