Души не приезжают в колясках, у них нет тел. Но, когда он пришёл, я почувствовал именно это: тяжесть. Не ту тяжесть, которую приносят старики, отжившие своё и ушедшие спокойно. Эту тяжесть приносят дети, которые не успели пожить и уже устали...

Мне было пятьдесят восемь, когда я позвонил человеку, который умер за десять лет до моего звонка. И он мне ответил. Поезд шёл на восток вторые сутки. Я ехал в Иркутск продавать мамину квартиру. Ехал один, после четвёртого развода, и в сумке у меня лежали две рубашки, бритва и папка с бумагами от нотариуса. Ложечка в подстаканнике звенела на каждом стыке. Я прижимал её пальцем, отпускал, и звон начинался снова, тонкий и противный, как будто кто-то стучал ногтем по стеклу изнутри. Знаете это состояние, когда вроде бы отдыхаешь, а внутри всё время что-то тикает? Я не мог спать...