Игнат Саввич резал жерди на новый загон, когда за ним пришли из сельсовета. Он дорезал ту, что начал, воткнул топор в чурбак и пошёл, потому что за человеком просто так не посылают. В сельсовете сидела родня. Сидели все: две тётки из Заречья, двоюродный брат с женой, Ираида из райцентра в шляпке. Были ещё какие-то, кого Игнат Саввич знал в лицо, а по имени не знал. Пахло чернилами и мокрыми валенками. За столом сидел председатель сельсовета Севастьян Логинович и перекладывал бумаги. – Садись, Саввич...

Дядя привёз племянника на всё лето и уехал, даже не позвонив Ключи от квартиры дяди Гены я отдала ему в среду. В субботу он позвонил и сказал, что заедет буквально на два часа — показать Артёму, где я живу, чтобы «мальчик знал дорогу на всякий случай». Артёму было двенадцать. Он стоял в дверях с рюкзаком и пакетом, в котором сквозь целлофан просвечивали кроссовки и что-то ещё, мятое, судя по форме — куртка. Дядя Гена внёс следом чемодан на колёсиках, поставил у стены и вытер лоб ладонью, хотя на улице было не жарко...