— Мой двоюродный брат поживёт у нас, а ты, Тарас, перезимуешь на даче! — Серафима стояла в дверях кухни, поджав губы, и держалась рукой за косяк, будто боялась, что её сейчас сдвинут с места. Тарас Анисимович не сразу понял, что слышит правильно. Он сидел в тельняшке над кружкой с якорем, в которой остывал чай, и вчитывался в газетную программу телепередач. За спиной жены в прихожей топтался высокий мужчина лет шестидесяти восьми, в кепке, с потёртым чемоданом в одной руке и с баяном в чехле в другой...