— Опять этот бардак! Да кто ж вас, господа отдыхающие, манерам учил? — голос Веры Алексеевны разнёсся по прачечной, пока она перетрясала груду халатов и полотенец. — Полотенца мокрые, халаты комом! У себя дома вы тоже так всё разбрасываете? Горничная Маргарита, зашедшая в кладовую, прыснула в кулак. — Вера Алексеевна, да вы сегодня прям с самого утра в ударе! — А у меня, Ритка, вечный утренний удар. То халаты не сдали, то бельё утопили, то тапки раскидали! Вчера вообще из сауны полотенца уволокли, будто в гостинице они в нагрузку к путёвке! — Да ладно, не ругайтесь...

Лук горел, а Валя стояла с телефоном у уха и запаха не чувствовала. — Валентина Сергеевна, вы только не обижайтесь… — Я не обижаюсь. Говорите. — Мы взяли другого человека. Вы не подумайте, вы нам очень понравились: и разряд, и стаж, и книжка медицинская свежая. Просто наверху сказали, что есть более подходящая кандидатура. — Наверху — это где? В трубке помолчали. — В управлении. — Спасибо, что позвонили, Марина Андреевна. Другие и не звонят. Она положила телефон на подоконник, сдёрнула сковородку с огня и села на табуретку...