— Давай я их суперклеем промажу. — Максим, зима на носу. Арина забрала у него ботинок. Она покрутила тяжелую обувь в руках. Трещина шла вдоль всего ранта, обнажая серый утеплитель. — Там уже нечего клеить. — Отдай сюда. Муж забрал обувь обратно. Он щедро выдавил прозрачный гель прямо в разошедшуюся щель. — Снег выпадет, у тебя ноги насквозь мокрые будут, — не унималась Арина. — Ты и так неделю с температурой на заказах отпахал. — Нормальные ботинки. До весны дотянут. Максим сидел на табурете посреди кухни...

Лена случайно нашла в почтовом ящике письмо из Росреестра. Дача, которую они с мужем строили шесть лет, теперь принадлежала не только им. Свекровь действовала тихо, и это было страшнее любого скандала. Конверт лежал в почтовом ящике третий день. Лена вытащила его вместе с рекламой стоматологии и листовкой про вывоз мусора, чуть не выбросила всё скопом в пакет. Но увидела штамп Росреестра и остановилась прямо у калитки. Письмо было адресовано Игорю. Она повертела конверт в руках, потёрла край большим пальцем...