После похорон матери Миша три дня не мог заставить себя открыть её шкаф. Он приезжал в квартиру утром, ставил чайник, бесцельно ходил из комнаты в комнату, складывал в коробки книги, посуду, старые полотенца, но до спальни так и не доходил. Там всё ещё пахло мамой. На спинке стула висел её домашний халат. На тумбочке лежали очки. В вазочке возле зеркала стоял засохший крем для рук, которым она пользовалась столько лет, что Миша узнавал его запах с детства. Сергей Павлович почти не вмешивался. Он осунулся за последние месяцы и будто сразу стал старше лет на десять...