«Игорь Петрович, ну что ты хочешь, возраст же! Раньше летал, а теперь по лестнице поднялся — и сердце в горле колотится, как пойманная птица. Наверное, отбегал я свое», — жаловался мне на днях, Палыч. Знакомая песня, верно? Мы привыкли списывать всё на паспорт. Мол, если тебе за шестьдесят пять, то одышка и бешеный ритм в груди — это такая же норма, как седина или забытые очки. А вот и нет. Раньше нам многое сходило с рук: и литры крепкого чая, и беготня за автобусом, и нервотрепка на работе. Организм был как новый внедорожник — все ямы проглатывал...