— Ты что, с инспекцией в прихожей дежуришь? — Оксана недовольно повела плечом, стряхивая с воротника невидимую пылинку, и попыталась проскользнуть мимо меня в глубь коридора. — Между прочим, у людей после шести вечера личное пространство должно быть неприкосновенным! — Полностью согласна, Оксана, — спокойно ответила я, облокотившись о дверной косяк и рассматривая её экипировку. — Особенно неприкосновенным должно быть моё кашемировое пальто, которое сейчас пытается не разойтись по швам на твоих плечах...

— Валя, ты ведь не откажешь мне до пятницы? Виктор Анатольевич стоял в дверях кухни в шёлковом халате цвета спелой сливы и смотрел так, как смотрят на человека, который уже согласился. Валентина Петровна не подняла глаз от тарелки. Овсянка остывала, чай тоже, а в телефоне мигало напоминание. В девять планёрка, в десять машина из Тюмени с опозданием. — Смотря о чём речь, — сказала она. — О мелочи. Сорок тысяч. Всего сорок, Валечка. Это не расход, это вложение. Мы выходим на новый уровень, понимаешь?...