Флот, который сегодня кажется неотъемлемой частью державы, начинался с осторожной формулы «морским судам быть» — ее в конце XVII века вынесла Боярская дума. За сухим приговором стояла настойчивость молодого Петра I, уже испробовавшего потешные флотилии, Архангельск и Азов. Потом были Воронеж, кумпанства, спешный найм иностранных мастеров и горький опыт сырой древесины, из-за которого большинство первых кораблей оказались негодными. Неудачи заставили царя централизовать строительство, ввести единый стандарт и самому учиться корабельному делу — а затем перенести амбиции на Балтику...