— За все надо платить, Диана. Олег произнес эту фразу медленно, вчитываясь в мелкий почерк на плотном листе бумаги. Он сидел за кухонным столом, опершись локтями о столешницу, и недоверчиво разглядывал длинный столбик убористых цифр. — Ты шутишь. — Если бы. — Это что, прикол такой? Розыгрыш? Диана отрицательно мотнула головой. Она стояла у окна, обхватив себя руками за плечи. Обида подкатила к горлу, колючая и несправедливая. Дышать стало тяжело. Она не была роботом, чтобы спокойно реагировать на такие вещи от родной матери...

Кухня пахла ванилью и свежезаваренным чаем — казалось, этот уютный аромат должен был сглаживать любые острые углы, но сегодня он лишь подчёркивал напряжённость в воздухе. — Девочка должна видеть перед собой настоящего мужчину, — произнесла Лидия Михайловна с той особой интонацией, в которой слышался не просто упрёк, а приговор. Она аккуратно поставила чашку на блюдце, будто даже в этом жесте хотела продемонстрировать безупречный вкус и умение держать себя в руках. Её взгляд скользнул по интерьеру: по стильной столешнице, по дорогой кофемашине, по лаконичным фасадам шкафов...