Эх, вот ведь умел Антон Павлович приложить, так приложить! Читаешь сейчас эти коротенькие зарисовки, и, верите ли, оторопь берет от того, насколько мало мы изменились за эти сто с лишним лет. Вроде и кареты сменили на электрокары, и вицмундиров на нас нет, а вот это самое «чего изволите» из душ человеческих вытравить — задача, видать, непосильная. Помните этот судьбоносный перекресток на вокзале? Встречаются двое. Один пахнет хересом и флердоранжем, весь такой вальяжный и довольный жизнью. Другой же — нагруженный узлами и картонками, пропахший ветчиной и кофейной гущей. Казалось бы, старые друзья, общее детство, искренние объятия...

Бабку Анисью в районе знали все. Она жила в деревушке на отшибе — восемь домов, прижавшихся к высокому берегу реки, как испуганные дети к матери. Дом у неё был старый, с провалившимся крыльцом, но внутри — тепло, чисто и пахло так, что голова кружилась...