Поезд замедлял ход, и за мутным окном постепенно проступали очертания невысоких холмов, покрытых рыже‑бурой травой. Конец октября. Иней уже сединой лёг на склоны, а воздух за стеклом был таким прозрачным, что казалось, можно разглядеть каждую ветку в далёком лесу. Ирина Николаевна прижалась лбом к прохладному стеклу, пытаясь отыскать взглядом то самое место — деревню Сосновку. В груди было непривычно пусто: ни волнения, ни страха. Только лёгкая дрожь в пальцах да глухой стук сердца, будто оно никак не могло поверить: это правда происходит...