Отец ничего не ответил. Я продолжил: — Дядя специально оформил все независимо от семьи. Он не хотел, чтобы кто-либо вмешивался. — Даже я? — Особенно ты. Лицо отца побледнело. Мне не хотелось произносить это, но смягчать правду тоже не было смысла. — Он действительно так написал? — В документах были отдельные условия. Ни один родственник не должен был участвовать в управлении или получать сведения без моего согласия. Отец опустил глаза на стол: — Значит, он мне не доверял... — Похоже, что нет. Он посидел еще немного, потом поднялся: — Твоя мать ничего не знает о размере...