Обледенелая рейка пригородной скамейки промерзала сквозь тонкое пальто за считаные секунды, но Дарья не вставала, намертво вцепившись пальцами в ручку тяжелого фанерного ящика. Внутри лежали три десятка немецких стамесок, два ручных рубанка и японская пила с гибким полотном — все, что удалось унести из опечатанной мастерской до того, как судебный исполнитель щелкнул висячим замком. Рядом, поджав ноги в промокших ботинках, сидел восьмилетний Тимофей, спрятав подбородок в колючий шарф. На соседнем...