Муж бросил меня ради 22-летней продавщицы. Через год вернулся с её ребёнком. Кристинка сбежала, а его бросила умирать. То, что я сделала, потрясло всех. - Поля, Полинушка, Христа ради. Голос донёсся сквозь вой метели и стук в дверь. Не кулаком, а всем телом, будто человек валился на доски от бессилия. Полина Андреевна подняла голову от вязания, и спицы замерли в натруженных руках. Носок, мужской, сорок третий размер, безвольно повис на нитке. Некому его носить. Год как некому. Но руки помнили, пальцы...

- Ой, Кать, ты бы подумала двадцать раз, прежде, чем с Сашкой связываться! Или ты не знаешь, какая у него мать?! – Алёнка ковырнула спичкой остатки маминой помады и повертелась перед зеркалом, косясь на сестру. - Какая? – Катерина одернула платье и турнула сестру от зеркала. – Дай, гляну на себя! - Хороша! – Алёна фыркнула. – На тебя мешок из-под картошки напяль – и на бал можно! Вот бы мне так… - Не завидуй, Алёнушка! – приобняла сестренку Катя. – Зато, у тебя коса длиннее и фигура лучше. Еще год-другой и уже не за мной парни бегать будут...