Торжествующая улыбка не сходила с лица Ольги Григорьевны: ничто так не греет душу, как осознание собственной правоты. В руках она сжимала лист с результатами генетической экспертизы — неопровержимое доказательство, не оставлявшее места для сомнений. «Ну, сейчас я устрою этой девице показательную порку!» — злорадно размышляла она, практически вбегая в подъезд сына. Жажда скорой расправы и разоблачения придавала ей сил. Их вражда с Анной зародилась еще до того, как та вошла в семью. Судьба столкнула их в супермаркете, где Аня, только начавшая осваивать кассовый аппарат, работала первую неделю...

Свадьба была тихой. Настолько тихой, что единственным звуком, прерывавшим церемонию в пустом ЗАГСе, был скрип старого пера, которым мы с Алексеем ставили подписи. На мне не было пышного платья с кринолином — лишь скромный бежевый футляр. На нем — отглаженный, но явно видавший виды темно-синий пиджак. Когда мы вышли на крыльцо, нас не встретил дождь из лепестков роз. Нас встретил колючий октябрьский ветер и три мои лучшие подруги: Марина, Катя и Светлана. Они стояли чуть поодаль, как делегация из другого мира...