– Мам, ты обязательно приходи. Слышишь? Папа там своё решил, но это моя свадьба. Кирилл звонил из машины, в трубке шумела дорога и где-то рядом смеялась Даша. Было без двадцати восемь. Я стояла у гладильной доски в одной комбинации и держала утюг над синим платьем, не решаясь опустить. – А что папа решил? – Да ну его. Вчера позвонил: мать не зови, Инга обидится. Я ему сказал, что это моя свадьба и зову я сам. Всё, мам. В пять фотограф у арки в саду, потом каравай, потом зал. Даша с утра на нервах, у неё крёстную с работы не отпускают...

В пятницу у Виктора Васильевича было отличное настроение. С утра наконец подписали отпуск, о котором он хлопотал последние три недели. Причём именно на те числа, которые просил. А после обеда ещё и старый знакомый вернул пять тысяч рублей – долг, о котором Виктор Васильевич, признаться, уже забыл. В общем, день явно удался. По дороге домой он завернул в супермаркет. Вообще-то собирался купить хлеба и молока, но потом подумал: а почему, собственно, нет? Пятьдесят семь лет человеку, а он всё экономит на себе...