Вадим наклонился к моему уху и процедил: – Убери руки со стола. Ожоги видны. Я убрала. Положила ладони на колени, переплела пальцы. Два белёсых пятна на тыльной стороне левой кисти – каждое размером с рублёвую монету...

Елена сидела у окна, прижимая к себе кусок ткани цвета тёмного изумруда. За окном моросил октябрьский дождь, стекал по стеклу серыми дорожками, а в квартире было тихо — муж ещё не вернулся с работы. На коленях у неё лежала выкройка, которую она чертила по ночам, когда в доме наконец наступала тишина. Шить она любила с детства: мама учила её не просто соединять куски материи, а вкладывать в строчку душу. И теперь, когда казалось, что в её жизни не осталось ничего своего, кроме этой швейной машинки, шитье стало для неё спасением...