Будильник прозвенел в шесть двадцать, и Алексей привычно ударил по кнопке ладонью, не открывая глаз. Полежал ещё минуту. Потолок над ним был серый от утреннего света, и где-то за стеной у соседей работало радио, бубня неразборчивые новости. Он поднялся, прошёл босиком по холодному ламинату в ванную, включил воду и долго смотрел на своё отражение в зеркале, пока стекло не затянуло паром. Лицо было знакомым и чужим одновременно: тридцать восемь лет, залысины на висках, складка между бровями, которая не разглаживалась даже во сне...

Каска была на три размера больше, и когда в лицо ударил порыв осеннего ветра, она съехала мне на глаза. Я стояла посреди стройплощадки, как слепой котёнок: руки в стороны, чертежи летят в грязь, а за спиной прораб хмыкает так, что этот звук я, кажется, почувствовала позвоночником...