Столовое серебро фамильного поместья Демидовых всегда сияло так ярко, что в нем можно было разглядеть собственное искаженное лицо. Я смотрела на свое отражение в начищенной ложке и видела лишь бледную тень той девушки, которой была когда-то. — Маргарита, дорогая, ты снова витаешь в облаках, — голос Анны Борисовны, моей свекрови, разрезал тишину столовой, словно скальпель. — Впрочем, неудивительно. Твоему роду всегда была присуща некая… приземленная медлительность. Как там поживает твой отец? Все еще чинит тракторы в своей провинции? Роман, мой муж, сидел во главе стола...