– Как ты можешь так говорить? – голос Людмилы Анатольевны дрогнул, и она прижала руку к груди, словно слова невестки причинили ей физическую боль. – Я же мать твоего мужа, я приехала сюда с самыми добрыми намерениями, хотела помочь вам обустроиться по-человечески, а ты меня сразу в угол загоняешь. Милана стояла у окна гостиной, глядя на улицу, где тихо падал первый осенний снег, и чувствовала, как внутри поднимается волна усталости, смешанная с привычным уже раздражением. Эта трехкомнатная квартира...