Мне пятьдесят два года, и за свою жизнь я усвоила один важный урок: никто не сядет тебе на шею, если ты сама не согнешь спину. Но, видимо, ради «семейного спокойствия» я слишком долго позволяла родственникам мужа принимать мою тактичность за слабость. Моя золовка, тридцатилетняя Марина, всегда была в семье «золотым ребенком». Поздняя дочь, мамина радость, папина гордость. А мой муж, Павел, привык сдувать с младшей сестренки пылинки. Долгие годы мы с Пашей копили на загородный дом. Я работала главным...

Ирина собирала со стола кружки, одна в другую, чтобы потом разом отнести в раковину. На клеенке остались крошки от сахарного печенья, чайные круги и липкий след от варенья, которое Глеб размазал по блюдцу и так и не заметил. Телевизор в комнате работал без звука: на экране кто-то жестикулировал, бегали субтитры, Павел листал телефон и время от времени хмыкал себе под нос, будто читал что-то забавное. Ирина взяла третью кружку, посмотрела на темное окно над мойкой и сказала так же буднично, как могла...