«Госпошлина? То есть я ещё и должен заплатить государству за то, что меня обидели?» — спросил меня мужчина с усталыми глазами. Мы сидели у нас в офисе в Санкт-Петербурге, в переговорной с мягким светом, и я поймал себя на привычной мысли: как же много страха в этом слове — почти как в слове «суд». И ещё больше — непонимания. В такие моменты я всегда говорю одно и то же простыми словами: госпошлина — это не штраф и не плата за справедливость. Это как билет на поезд под названием «судебный процесс»: вы его покупаете, чтобы ваш состав тронулся и прибыл на нужную станцию...