Ваня тронулся, медленно, аккуратно разворачиваясь на узкой дороге. Его взгляд то и дело скользил в её сторону, полный немых, острых вопросов. Он видел разорванное платье, царапины и синяки на бледных ногах, её трясущиеся руки. Видел, как она избегает его взгляда, уткнувшись в тёмное окно, и как её плечи под толстой тканью слегка вздрагивают. — Алина, — начал он осторожно, когда машина поехала вниз по серпантину, увозя их от места аварии. — Ты можешь не рассказывать. Но если там… если тебя кто-то обидел, — он с трудом подбирал слова, сжимая руль так, что костяшки побелели...