Ты когда-нибудь держала в руках вещь, которая двадцать восемь лет ждала своего часа? Мне её принесли в субботу, в половине десятого утра, в пожелтевшем конверте без марки. Звонок был короткий, будто человек за дверью передумал на середине. На пороге стояла Тамара Ильинична с третьего этажа, в сером пальто с перламутровыми пуговицами, которое я помню с того года, как переехала в этот дом. Ей семьдесят восемь. Держится она прямо, как штакетник, и говорит всегда так, словно диктует телеграмму. Она протянула мне конверт и не сразу его отпустила...