Хирург сбил человека и потерял всё и сел в тюрьму. А спустя годы спас того, кто мог его уничтожить, и это увидели сотни глаз Операция началась в восемь утра и закончилась в половине девятого вечера. Тринадцать с половиной часов. Андрей Верещагин потом будет вспоминать это время размыто, кусками, как вспоминают длинный сон: вот он входит в операционную, вот руки в перчатках, вот первый разрез, вот голос анестезиолога Вадима Сорокина, вот монитор, вот кровь, вот зажим, вот шов, вот снова кровь. И между этими кусками — ничего...