- Тот, кто убьёт меня – сам не проживёт и года! – морщинистая старуха с неопрятными седыми лохмами извивалась, лёжа на боку на голом бетонном перекрытии, но развязать путы, стягивающие ноги и руки за спиной в один тугой узел, не могла. Впрочем, тут же ударивший по ушам раскат грома практически заглушил её визгливый голос. Так что остальные участники «церемонии» вряд ли слышали сказанное. Тем более, что пугливо жались друг к дружке за его спиной, метрах в пяти от него, и в десяти – от края площадки...

Артём постучал ребром визитки по краю стола – три раза, быстро, как стучат по дереву на удачу. За четырнадцать лет брака я выучила этот ритм наизусть. Три удара – пауза – и он скажет что-нибудь, от чего ему самому станет весело...