— Ты что, с инспекцией в прихожей дежуришь? — Оксана недовольно повела плечом, стряхивая с воротника невидимую пылинку, и попыталась проскользнуть мимо меня в глубь коридора. — Между прочим, у людей после шести вечера личное пространство должно быть неприкосновенным! — Полностью согласна, Оксана, — спокойно ответила я, облокотившись о дверной косяк и рассматривая её экипировку. — Особенно неприкосновенным должно быть моё кашемировое пальто, которое сейчас пытается не разойтись по швам на твоих плечах...

— Либо ты прописываешь всю мою родню в своей трёшке, либо я подаю на развод и делю твоё имущество! — завизжал муж в припадке, с силой грохнув кружкой по столешнице из искусственного камня. Керамика треснула, янтарная струйка остывающего чая лениво поползла к краю стола, но Артём этого даже не заметил. Лицо его налилось дурной, бурачной краснотой, тонкие губы подрагивали, а глаза округлились так, будто он сам испугался собственной смелости. — И маму? — тихо спросила Вера, даже не подняв взгляда от экрана ноутбука...