Маша проснулась раньше будильника, в ту минуту, когда за стеной ещё спал Виктор. В доме стояла такая тишина, что было слышно, как кошка Машка лакает воду на кухне. Кошка была рыжей, пушистой, с одним надорванным ухом. Маша подобрала её три года назад у подъезда, в лютый мороз. С тех пор они были неразлучны. По утрам Машка садилась напротив холодильника и ждала. Не еды, а мороженого. Маша смеялась над этой странностью, но каждый день клала в блюдечко ложку пломбира. Кошка ела его медленно, с достоинством, будто это был священный ритуал...

Я сложила салфетку вчетверо, прижала ногтем каждый сгиб и положила на колени. Привычка, которой меня никто не учил. За столом оставались двое: я и Фёдор Петрович. Гости разошлись – последней ушла тётя Рая, мамина бывшая коллега по лаборатории...