Ни за что не попрошу у него телефон. Ни за что. Не смогу. Не получится. Подозревать можно сколько угодно и не верить тоже. Но шпионить или клянчить – не моё. Инне я этого, конечно, не сказала. И вмешиваться не разрешила. – Мы пока просто общаемся, – объяснила я ей. – Может, вряд ли и встретимся, если он действительно француз. Дай мне побыть в розовых очках. Пусть это продлится… сколько возможно. – Это ж больно как, Лен, – грустит моя подруга. Тоскует, сидя рядом со мной. Мы уже и кашу гречневую сварили, и котлет нажарили...