Я никогда не знал его по-настоящему. В моей памяти он остался лишь смутным силуэтом — высокий мужчина, который иногда подбрасывал меня к потолку, смеялся и пах табаком. Мне было пять, когда его не стало. Мама сказала: «Папа попал в аварию. Он теперь на небе». И больше мы к этой теме не возвращались. Детство прошло без мужской руки. Мать работала медсестрой в районной больнице, тянула меня одна. Никаких «давай поговорим о твоём отце». Только скупое «он был хорошим человеком» и «ты очень на него похож»...