Последнюю катушку ниток Рита сняла с промышленной машины в четверг, без пятнадцати шесть. Фабрика закрывалась, и тишина в цеху стояла такая, будто само здание задержало дыхание перед долгим, бессрочным молчанием. Она положила катушку в карман куртки. Не сувенир. Просто привычка: нитки всегда могут пригодиться. На проходной охранник Лёня, обычно шумный и весёлый, молча кивнул ей. Рядом с турникетом стояла картонная коробка, куда нужно было сдать пропуск. Коробка была почти полная. Рита бросила свой поверх остальных и вышла на крыльцо...

– Ты бы мясо в другой раз помягче выбирала, жевать невозможно. Анна замерла в дверях кухни, так и не успев снять легкий плащ. На ее любимом стуле, закинув ногу на ногу в потертых спортивных штанах, сидел Борис. Перед ним стояла тарелка с остатками тушеной говядины, которую Анна готовила вчера до полуночи, чтобы взять сегодня на работу. Говядину она так и не взяла, проспала и выбежала из дома с одной чашкой кофе. Борис невозмутимо ковырялся вилкой в зубах, глядя в экран смартфона. На столе расплывалось жирное пятно от небрежно брошенной лопатки, а в раковине громоздилась гора посуды...