Лариса повернула яблоко вверх, и черешок легко отошёл от ветки. — Готово, — сказала она и положила плод в зелёный ящик. Телефон в кармане фартука заговорил голосом Инны: — Лар, дальше не собирай. В четверг придут первые люди, в субботу ещё одни. К пятнице, пожалуйста, вывези свои ящики, лестницу и всё, что привозила сама. Я буду завтра к обеду. Лариса не сразу вынула телефон. Сначала сорвала ещё одно яблоко. Оно держалось крепче, ветка потянулась за рукой, и пришлось придержать её снизу. В тени под деревом стояли шесть пустых ящиков...

Раиса Павловна закрывала ателье в семь, но в шесть сорок дверь снова звякнула колокольчиком. Она как раз снимала с машинки белую нитку и думала, что сегодня глаза устали раньше рук. В ателье вошла женщина лет сорока, красивая, собранная, в бежевом пальто и тонком шарфе. Такие люди обычно не заходят, а появляются: будто дверь открылась специально под них. В руках у нее был чехол с платьем. — Вы еще работаете? — спросила она. — Уже заканчиваю. — Мне только вот здесь прихватить. Пустяковая работа. Раиса Павловна не любила слово "пустяковая"...