Я сказала эту фразу вечером, стоя у раковины, когда дом уже затихал после дороги, а на кухне пахло жареным луком, мокрым полотенцем и усталостью. Именно усталостью тоже пахло, хотя у нее, конечно, нет запаха. Но если 30 лет подряд возвращаться с одного и того же места с ломотой в пояснице, с красными руками, с тяжелой головой и с каким-то липким чувством стыда, то однажды начинаешь узнавать даже запах собственного унижения. Я мыла чашки после чая, хотя можно было оставить их до утра. Вода была горячая,...