— У тебя замечательная мама, Виталий, я же не спорю, — возмущённо говорила Симона мужу, — и твоя мама действительно вырастила замечательного сына, то есть тебя. — Послушай, Симона... — Но это не значит, что теперь ей позволено всё, — перебив мужа, продолжила Симона. Сказав это, Симона тяжело вздохнула и развела руками. Их разговор происходил рано утром на кухне за закрытой дверью. — Но маму можно понять, — поняв, что теперь и ему можно говорить, оправдывался Виталий. — Её жизнь не была сладкой...