Люди говорят «я тревожусь» с такой же лёгкостью, как «я проголодался». Вроде бы одно и то же чувство, но разница между разовой тревогой и хронической тревожностью примерно как между случайной простудой и астмой. И та, и другая мешает дышать, но подход к решению проблемы кардинально разный. Сижу я как-то на приёме, передо мной женщина лет сорока пяти, успешная, умная, двое детей выросли. И вот она мне рассказывает: «Вчера сын не ответил на звонок час, я уже скорую готова была вызывать, в морг звонить, по больницам обзванивать»...

Три часа ночи. Кухня. Остывший чай. И я сижу над распоротым рукавом, который в четвёртый раз вшиваю наоборот. Дело было не в рукаве. Рукав — последняя капля. Внутри уже два месяца гудел фоновый шум: дедлайны, мамино здоровье, недошитый курс, футболка сына к утреннику. Мозг знал, что всё решаемо. Тело не знало. Оно было натянуто, как шёлк на скоростной раскрой: ещё чуть-чуть — и стрелка поперёк. Я перепробовала то, что советуют все. Приложение с медитациями — закрывала глаза и считала секунды до конца, потому что внутри орал список дел...