Третье воскресенье сентября Ирина ненавидела, потому что нужно было решать проблемы: где купить торт, чтобы угодить двенадцатилетней девочке? Какие гелиевые шары не стыдно подарить, но и не выглядеть при этом «мачехой, которая откупается»? И главное — как сделать вид, что она, Ирина, искренне рада тратить свое субботнее утро на организацию праздника для ребенка, который до сих пор называет ее «женой папы»? Она стояла посреди кухни в старом свитере, сжимая в руках телефон. На экране светилось сообщение от мужа, Андрея: «Ир, всё отменяется...

Игорь жил у жены. Квартира у Марины была просторная, трёхкомнатная, в добротном кирпичном доме на тихой улочке — с огромной, во всю стену, лоджией и просторной кухней, где легко помещался обеденный стол на шестерых. Это жильё Марина приобрела ещё до замужества, на деньги, которые суд взыскал за производственную травму её отца. Тот работал крановщиком, сорвался с высоты и выжил-то каким-то чудом, но остался инвалидом. Когда выплатили компенсацию, отец сам сказал ей: "Мне-то эти деньги уже без надобности, а ты купи себе свой угол, чтобы ни перед кем спину не гнуть и ни от кого не зависеть"...