В детстве меня, городского неофита, возили к тетке на юг — в станицу Киевскую, что недалеко от Крымска. С тех пор в памяти, как клеймо, выжжена единственная асфальтовая артерия, хлябистые после ливня улицы и вальяжно гуляющие по ним гуси. Прошли годы. Кое-где на тех дорогах нанесло культурный слой цивилизации в виде гравия, но последождевой чернозем и гогочущие гусиные отары остались неизменными, словно вековые казачьи устои. При чем тут Вёшенская? Да при том, что стоило мне ступить на эту землю, как время совершило мертвую петлю, и я шлепнулся прямиком в то самое детство, к тетке...