— Мам, не торопись. Сначала ходунки переставляем, потом ногу. Ещё раз. — Да помню я, Верочка. Я ж не совсем дура. — Никто и не говорит, что дура. Три шага — и отдыхаем. Ходунки скрипнули по линолеуму. Нина Петровна дошла до двери в коридор, постояла, вцепившись в перекладину, и стала разворачиваться — мелкими переступами, как учили. Восемь метров туда, восемь обратно, весь маршрут. В июне она проходила его за четыре секунды, не задумываясь, с тазиком белья в руках. Потом поскользнулась на мокром кафеле в ванной, и всё понятное в жизни кончилось...