Галина согласилась на всё, что требовал муж, и сама назвала нотариуса, у которого предложила подписать бумаги. Он пришёл с новой женой, уверенный в победе. Хватило одной фразы, чтобы они перестали улыбаться. Галина достала с антресоли синюю папку с резинкой и положила на кухонный стол. Папку она не открывала четырнадцать лет. Резинка высохла и потрескалась, как старая кожа. Галина сдвинула её пальцем, и та рассыпалась на два куска, один упал на пол. Она не стала поднимать. - Мам, ты чего в такую рань? - Вера стояла в дверях, в футболке до колен, с растрёпанной косой...

Псков. За 24 часа до наступления. Дождь барабанил по остаткам крыши особняка на Сергиевской улице. Три этажа дореволюционной кладки, левое крыло провалилось после прямого попадания фугаса еще в 1942-м, но правое держалось. Как и сам хозяин кабинета, расположившегося в бывшей гостиной с уцелевшим камином из серого мрамора. Патефон играл вторую часть Бранденбургского концерта. Игла мягко скользила по пластинке, и Бах заполнял пространство. Строгий, математически выверенный, безупречный. Именно таким оберст Клаус фон Рейн представлял себе идеальный порядок вещей...