Кто бы мог подумать, что обычная коврига ржаного хлеба наделает в нашем Заречье столько шума. Все началось в тот день, когда меня уволили. Я пришла домой, села на табуретку у окна и стала думать, что делать дальше. Сын Денис со своей семьей давно осел в Москве. Звонил он раз в неделю, разговоры наши длились не больше трех минут. Я встала с табуретки, стянула шерстяную кофту и полезла в чулан. Там стояла старая небольшая дежа, стянутая потемневшими железными обручами. Я вытащила ее на свет и провела ладонью по шершавым дубовым клепкам...

Ногу Косте раздробило в феврале. Февраль в тот год стоял лютый. Мороз под сорок, ветер с реки, снегу навалило — по пояс. Делянка была на дальнем участке, возили туда мужиков на стареньком трелёвочном тракторе...