Наташа поставила вилку. Медленно. Аккуратно. Так, как кладут вилку, когда нужно несколько секунд, чтобы убедиться: ты правильно расслышала. — Откуда вы знаете про «Форест»? — спросила она. Раиса Павловна улыбнулась — той особой улыбкой, которую Наташа за четыре года научилась читать безошибочно. Улыбка эта означала одно: «Я знаю всё, что происходит в этой семье». Иногда раньше, чем кто-то успевал рассказать. — Ну как же, Наташенька. Серёжа же говорил... — Серёжа не знает про «Форест». — Наташа смотрела на неё ровно...

Каждый таганрожец хоть раз в жизни спускался по Каменной лестнице к морю. Считал ступеньки (188, если что, но с первого раза угадывают редко), фотографировался на верхней площадке, ругался, что гранит скользкий после дождя. А вот про второй подарок того же благотворителя городу почти никто уже не вспомнит. Потому что подарок этот исчез. Не эффектно, не в один день, не под звуки марша — а тихо, буднично, между амплуа приюта, клуба и стройплощадки, как исчезает старая мебель из квартиры: сначала перестаёт быть нужной, потом мешает, потом её просто выносят...