– А кто у нас герой? Настька у нас герой! Мышь в сенях увидала и на стол сиганула вместе с тарелкой! – хохотал отец. – Доча, что ж ты у меня такая пугливая, а?! Ты страху воли-то не давай! А то слопает тебя и не подавится. Настя сидела красная, как вареный рак, уткнувшись в злосчастную тарелку, в которой супа осталось на донышке, и мечтала провалиться в подпол. Хотя нет! В подпол не мечтала. В подполе было темно. Насте было двенадцать. И боялась она примерно всего. Список был длинный, как Настенина коса, и постоянно пополнялся...

Надя замерла на пыльной цементной площадке третьего этажа. Ключ в скважине прокручивался вхолостую — легко, мягко, чужой серый металл даже не цеплял старые сувальды. Она медленно повернула голову. На ступеньках этажом выше стоял ее старший брат Вадим. На нем были рабочие джинсы с белыми разводами от шпаклевки и вытянутая на локтях синяя олимпийка. В руках он держал черный полиэтиленовый пакет из супермаркета, набитый какими-то банками. — В смысле сменили? — тихо спросила Надя. — Вадим, сороковины только вчера справили...