— Ты ей больше ничего не отправишь, Андрей. Ни рубля. Ирина сказала это так, будто ножом по стеклу провела — резко, коротко, не оставляя воздуха для “давай потом”. Андрей замер с телефоном в руке. На экране мигало: «Мама». Он даже не успел нажать зелёную кнопку — рука зависла, словно его застали на месте преступления. — Ты… ты в своём уме? — голос у него был не злой, а растерянный. — Ира, она же… — Она же что? — Ирина усмехнулась. — Пенсионерка? Одинокая? Бедная? У неё “руки не те” и “денег совсем нет”? Давай, продолжай, я все эти слова уже десять лет как молитву знаю...