– Что за тон, милая? – протянула Галина Ивановна. – Я всего лишь заметила, что у вас тут… ну, не совсем то. Шторы тяжёлые, свет почти не проходит. И пыль на полках… Я же хочу помочь. Ты же знаешь, как я переживаю за Серёжу. Галина Ивановна замерла на пороге гостиной, держа в руках небольшую вазу с искусственными цветами, которую только что переставила с одного столика на другой. Её тонкие брови чуть приподнялись, а губы сложились в привычную полуулыбку, которая всегда означала, что сейчас последует что-то назидательное...