Представьте, что вы перенеслись в Иерусалим около 4 года до нашей эры. На постоялом дворе рождается младенец, о котором позже скажут, что он разделил историю человечества на «до» и «после». Но в тот самый момент никто вокруг — ни пастухи, ни волхвы, ни римские чиновники — не подозревает, что прямо сейчас рождается сама точка отсчета нового времени. Более того, у них вообще нет понятия «до нашей эры». Каждый народ в этом пестром античном мире живет в собственном временном потоке, и если бы вы спросили у прохожего, какой сейчас год, ответ зависел бы исключительно от того, кому вы задали вопрос...