В тот вечер в мою дверь позвонили. Я открыла и обомлела. На пороге стояла немолодая, незнакомая мне женщина с усталым лицом, а рядом с ней девочка-подросток. И только по глазам, по этим серым, в отца, глазам, я узнала свою дочь Лену, которая сбежала из дома двадцать пять лет назад и которую я давно похоронила в своём сердце. Я стояла и не знала, что мне делать: броситься обнять её или захлопнуть дверь у неё перед носом. Зовут меня Римма Борисовна, мне шестьдесят пять лет. И двадцать пять из них я прожила с дырой в сердце на месте единственной дочери...