Она пришла в Ольховку, когда мужики ещё не знали, что их жизнь перевернётся. В вещмешке — тощий скарб да медаль «За отвагу». В глазах — фронтовая сталь. А за спиной — только ветер, пыль и чужая земля, которую ей предстояло сделать своей. Но село не собиралось сдаваться без боя. И первым, кто бросил ей вызов, был не плуг, не камень в борозде, а молчаливая ненависть тех, кто не хотел видеть женщину у руля. Председатель колхоза «Путь Ильича» Егор Кузьмич Бурлаков мял в пальцах папиросу уже третью минуту, но так и не прикурил...

Куйбышев, март сорок четвертого. Запасная столица. Город, набитый эвакуированными заводами, посольствами и людьми, которым катастрофически не хватало места. На улицах лежит грязный снег, очереди за хлебом начинаются с четырех утра. И госпитали. Одиннадцать штук на триста тысяч населения. Эвакуационный госпиталь номер 3647 стоял на бывшей улице Фрунзе. Двухэтажное здание школы, наспех переделанное под палаты. Койки стоят в два ряда, разделяя узкий проход. В воздухе висит тяжелый запах карболки, йода и чего-то кислого, от которого сводит горло...