Я смотрел, как из земли достают барана. Целиком. За пару часов до этого его опустили в железный бидон вместе с раскалёнными докрасна камнями, залили водой, закрыли крышкой и поставили на огонь. И вот теперь хозяин юрты снимает крышку, пар бьёт в лицо, а внутри — мясо, которое распадается на волокна от одного прикосновения. Это хорхог. И ели мы его руками, передавая друг другу те самые камни — горячие, жирные, чёрные от копоти. Я однажды показал фото этого ужина знакомому шеф-повару из Лиона. Он смотрел минуту, потом сказал: «это же томление в собственном соку»...